Почему трудоголизм может напоминать другие формы зависимости, как работа становится способом справляться с тревогой и пустотой и почему постоянная занятость не всегда означает эффективность.
Трудоголизм легко спутать с ответственностью, амбициозностью и любовью к своей профессии. Человек много работает, редко отдыхает, постоянно занят, берёт на себя дополнительные задачи. Со стороны это нередко вызывает уважение: «Вот человек действительно умеет работать».
Но между человеком, который любит свою работу, и человеком, который становится зависимым от неё, есть существенная разница.
Первый работает, потому что хочет достичь результата.
Второму всё чаще необходимо просто продолжать что-то делать.
Именно здесь трудоголизм начинает напоминать другие формы зависимого поведения.
Работа как способ регулировать своё состояние
При химической или поведенческой зависимости человек использует определённое действие или вещество не только ради удовольствия. Постепенно оно становится способом справляться со своим внутренним состоянием:
- с тревогой;
- с пустотой;
- с одиночеством;
- с чувством собственной ненужности;
- с напряжением;
- с неприятными мыслями;
- с невозможностью оставаться наедине с собой.
При трудоголизме эту функцию начинает выполнять работа.
Пока человек занят, ему легче. Есть задачи, звонки, встречи, сроки, письма. Не приходится останавливаться и замечать, что происходит внутри.
Но стоит наступить выходному или отпуску — появляется беспокойство.
Человек не знает, чем себя занять. Начинает проверять рабочую почту, звонить коллегам, придумывать новые задачи. Иногда он говорит: «Я просто не умею сидеть без дела».
Но вопрос может быть глубже:
Что происходит со мной, когда мне нечего делать?
Зависимость, которую общество одобряет
В этом одна из особенностей трудоголизма.
Человека с алкогольной или игровой зависимостью окружение рано или поздно начинает останавливать. Последствия его поведения становятся заметны и вызывают беспокойство.
Трудоголика, наоборот, часто поощряют.
Он приходит раньше других.
Уходит последним.
Берёт работу домой.
Отвечает на сообщения ночью.
Работает в выходные.
Берётся за чужие обязанности.
Для руководителя такой сотрудник на первый взгляд может казаться очень выгодным. Он всегда доступен, много на себя берёт и почти никогда не говорит «нет».
Поэтому проблема может годами оставаться незаметной. Более того, человек получает постоянное подкрепление: похвалу, статус незаменимого сотрудника, благодарность начальства, ощущение собственной важности.
Постепенно может сформироваться очень удобная для зависимости формула:
«Пока я работаю — я нужен».
Много работы не означает много результата
Есть ещё одна сторона трудоголизма, которую часто не замечают.
Трудоголик действительно может работать очень много. Но количество затраченных часов далеко не всегда означает высокую эффективность.
Постепенно для человека становится важен не столько результат, сколько сам процесс постоянной занятости.
Нужно что-то делать.
Что-то проверять.
Что-то переделывать.
Кому-то звонить.
Открывать новые задачи.
Возвращаться к уже выполненной работе.
Возникает парадокс: человек работает всё больше, а реальная продуктивность может снижаться.
Ухудшается концентрация.
Растёт количество ошибок.
Становится сложнее расставлять приоритеты.
Всё больше времени уходит на второстепенные задачи.
Возникает чрезмерный контроль.
Работу становится трудно делегировать.
Иногда человеку уже не так важно, что именно он делает и насколько это действительно необходимо.
Главное — не останавливаться.
В этом смысле деятельность постепенно перестаёт быть средством достижения цели и сама превращается в цель.
Почему начинает страдать качество
У человека есть физиологические пределы внимания, памяти и способности принимать решения.
Если регулярно работать по 10–12 часов, не отдыхать, мало спать и постоянно оставаться включённым в рабочие процессы, эффективность неизбежно начинает снижаться.
Но трудоголик часто отвечает на снижение эффективности ещё большим количеством работы:
«Не успеваю — значит, нужно работать дольше».
«Ошибаюсь — значит, нужно больше контролировать».
«Накопились задачи — значит, нельзя отдыхать».
Получается замкнутый круг.
Чем сильнее истощение, тем хуже человек работает.
Чем хуже он работает, тем больше времени начинает посвящать работе.
Постепенно сужается жизнь
Как и при других формах зависимого поведения, одна сфера начинает постепенно вытеснять остальные.
Сначала человек меньше отдыхает.
Потом реже встречается с друзьями.
Меньше времени проводит с семьёй.
Отказывается от увлечений.
Перестаёт замечать собственную усталость.
Даже находясь дома, он психологически остаётся на работе.
Разговоры начинают раздражать.
Отдых кажется бессмысленным.
Близкие начинают восприниматься как люди, которые «мешают работать».
Иногда человек искренне объясняет это ответственностью перед семьёй:
«Я же ради вас работаю».
Но семья в таком случае часто получает результаты его труда, а не его присутствие и участие.
Что происходит, когда работу отнимают
Очень показательно состояние человека во время отпуска, болезни, увольнения или выхода на пенсию.
Если работа была важной, но всё же только одной частью жизни, человек способен постепенно переключиться на другие её стороны.
Если же работа долгое время выполняла функцию психологической опоры, её исчезновение может вызвать серьёзный внутренний кризис.
Появляются тревога, раздражительность, подавленность, ощущение пустоты и собственной ненужности.
Человек может буквально перестать понимать, кто он, если сейчас ничего не производит и никому не нужен как специалист.
И тогда становится видно, что дело было не только в большой любви к работе.
Работа долгое время помогала человеку поддерживать психологическое равновесие.
Не нужно учиться меньше работать
Цель работы с трудоголизмом — не превратить активного человека в пассивного.
Проблема не в количестве труда как таковом.
Есть люди, которые действительно много работают, любят свою профессию, создают серьёзные проекты и при этом способны отдыхать, переключаться, строить отношения и останавливаться, когда работа закончена.
Главный вопрос другой:
Я управляю своей работой или работа постепенно начинает управлять мной?
Если человек может остановиться только тогда, когда полностью истощён, если отдых вызывает чувство вины, если собственная ценность измеряется количеством выполненных задач, а отсутствие работы вызывает тревогу и пустоту, речь может идти уже не просто о трудолюбии.
Тогда важно исследовать не только рабочий график.
Важно понять, что происходит с человеком в моменты, когда он перестаёт быть занятым, и от чего постоянная работа помогает ему не встречаться с самим собой.
Если вы узнаёте в этом описании себя и замечаете, что самостоятельно остановить этот ритм становится трудно, работа с психологом может помочь разобраться не только с количеством работы, но и с тем, почему необходимость постоянно быть занятым стала такой важной.
Об авторе
Автор: Грачья Бадалян
Психолог, специализируется на работе с зависимым поведением (трудоголизмом), в том числе с игровой зависимостью (игроманией), а также с созависимостью. В работе использует когнитивно-поведенческий подход (КПТ), помогая клиентам лучше понимать связь между мыслями, эмоциями и поведением, распознавать триггеры и автоматические реакции, которые поддерживают зависимость.
В терапии уделяет внимание не только прекращению игры или другого зависимого поведения, но и восстановлению эмоциональной устойчивости, развитию навыков самоконтроля, работе с тягой, формированию новых способов получать удовольствие и выстраиванию более устойчивой жизни без зависимости.
Страница специалиста: Грачья Бадалян
