После употребления алкоголя у некоторых людей начинается не только обычное похмелье.
Человек просыпается утром и первым делом пытается восстановить вчерашний вечер.
«Я ничего лишнего не сказал?»
«Я никого не обидел?»
«Почему я это сказал?»
«Что обо мне теперь думают?»
«А вдруг я вёл себя как идиот?»
Он вспоминает отдельные разговоры, выражения лиц, собственные поступки. Если часть вечера выпала из памяти, тревога становится ещё сильнее.
Тогда человек начинает писать или звонить тем, кто был рядом:
«Всё нормально вчера было?»
«Я ничего странного не сделал?»
«Я никого не обидел?»
Получив ответ: «Да всё нормально, успокойся», он действительно на некоторое время успокаивается.
Но ненадолго.
Почему после алкоголя появляется тревога
Причина не только в том, что человек действительно мог сказать или сделать что-то лишнее.
После сильного употребления алкоголя меняется и физическое, и эмоциональное состояние. На следующий день могут появляться тревожность, раздражительность, подавленность, чувство вины.
Если при этом человек плохо помнит часть вечера, возникает ещё одна проблема — неопределённость.
Он просто не знает, что происходило.
А неизвестность мозг часто пытается заполнить предположениями. И если человек склонен к тревоге, эти предположения обычно не самые приятные.
«Если я не помню, значит, наверняка произошло что-то плохое»
И начинается попытка восстановить произошедшее буквально по кусочкам.
Что такое постсобытийная руминация
Постсобытийная руминация — это многократное мысленное возвращение к уже произошедшей ситуации.
Человек снова и снова прокручивает один разговор:
«Зачем я это сказал?»
Потом вспоминает реакцию собеседника:
«Он как-то странно посмотрел. Наверное, я его обидел»
Через некоторое время возникает другая мысль:
«А что было потом? Почему я этого не помню?»
Человеку кажется, что если ещё немного подумать, вспомнить все детали и всё правильно проанализировать, тревога наконец исчезнет.
Но часто происходит обратное.
Чем больше он анализирует произошедшее, тем больше находит причин для нового беспокойства.
Получается довольно простой цикл:
тревога → воспоминания → анализ → самокритика → ещё больше тревоги
Почему хочется спрашивать других: «Я нормально себя вёл?»
Это тоже попытка избавиться от неопределённости.
Человеку становится легче, когда кто-то говорит:
«Да нормально всё было»
Проблема в том, что такое успокоение обычно временное.
Через некоторое время появляется новая мысль:
«Может быть, он просто не хочет мне говорить?»
Или:
«Хорошо, с ним всё нормально. А что я говорил другому человеку?»
И требуется новая проверка.
Так человек постепенно привыкает справляться с тревогой не самостоятельно, а с помощью постоянного подтверждения со стороны окружающих.
Особенно тяжело, когда есть провалы в памяти
Если человек помнит весь вечер, он хотя бы может оценить собственное поведение.
При провалах в памяти такой возможности нет.
И здесь возникает неприятный парадокс: человек пытается вспомнить то, чего может просто не быть в его памяти.
Он снова и снова возвращается к одному и тому же периоду вечера, но полной картины не получает.
А тревога требует определённости:
«Мне нужно точно знать, что произошло»
Получить эту стопроцентную уверенность невозможно.
И тогда поиск ответа может продолжаться часами, а иногда и несколько дней.
Потом становится легче
Проходит несколько дней.
Ничего катастрофического не произошло. Люди продолжают общаться. На работе всё нормально. Никто не предъявляет претензий.
Воспоминания постепенно теряют эмоциональную остроту.
И человек начинает говорить себе:
«Ну, перебрал»
«С кем не бывает»
«Ничего страшного не произошло»
Тревога проходит.
Казалось бы, проблема закончилась.
Но если подобные эпизоды повторяются, может закрепляться сам механизм реагирования.
После очередного употребления человек снова просыпается с тревогой, снова восстанавливает вчерашний вечер, снова проверяет себя и спрашивает окружающих.
Постепенно привычка к постоянной самопроверке может выходить далеко за пределы ситуаций, связанных с алкоголем.
А если алкоголь уже ни при чём?
Иногда человек давно не находится в состоянии опьянения, но продолжает похожим образом анализировать обычное общение.
После встречи с людьми:
«Наверное, я сказал что-то не то»
После разговора:
«Зачем я вообще это сказал?»
После сообщения:
«Почему он так ответил? Может быть, я его чем-то задел?»
Человек возвращается к разговору, проверяет переписку, анализирует интонации, выражения лиц, собственные слова.
То есть меняется ситуация, но сам способ справляться с тревогой остаётся знакомым — проверять себя снова и снова, пока не станет спокойнее.
И именно здесь проблема уже может быть не столько в конкретном вчерашнем вечере, сколько в сформировавшемся тревожном способе мышления.
Что с этим делать
Первое — заметить сам механизм.
Не каждый неприятный эпизод нужно разбирать десятки раз.
Если вы действительно кого-то обидели — можно признать это, извиниться и сделать выводы.
Если вы не помните часть произошедшего — бесконечные попытки восстановить отсутствующие воспоминания не обязательно дадут ответ.
И самое важное — стоит обратить внимание не только на содержание тревожных мыслей, но и на то, что вы делаете, когда они появляются.
Сколько раз вы мысленно возвращаетесь к ситуации?
Сколько людей спрашиваете, всё ли было нормально?
Сколько времени пытаетесь получить абсолютную уверенность, что ничего плохого не произошло?
Потому что иногда проблема заключается уже не в том, что произошло вчера, а в невозможности перестать это проверять сегодня.
И если подобные состояния регулярно повторяются после употребления алкоголя, возможно, стоит задать себе ещё один вопрос:
почему алкоголь продолжает занимать место в моей жизни, если после него мне приходится несколько дней расплачиваться не только физическим самочувствием, но и собственной тревогой?
Об авторе
Автор: Грачья Бадалян
Об авторе
Психолог, специализируется на работе с зависимым поведением, в том числе с игровой зависимостью (игроманией), а также с созависимостью. В работе использует когнитивно-поведенческий подход (КПТ), помогая клиентам лучше понимать связь между мыслями, эмоциями и поведением, распознавать триггеры и автоматические реакции, которые поддерживают зависимость.
В терапии уделяет внимание не только прекращению игры или другого зависимого поведения, но и восстановлению эмоциональной устойчивости, развитию навыков самоконтроля, работе с тягой, формированию новых способов получать удовольствие и выстраиванию более устойчивой жизни без зависимости.
Страница специалиста: Грачья Бадалян
